Близкий к семье Путина глава РФПИ настоял, чтобы Россия предложила Трампу природные ресурсы в обмен на мир

Предложения о совместных экономических проектах неслучайно посыпались как из рога изобилия из уст Владимира Путина (военный преступник) и Дональда Трампа. Наладить отношения с американским президентом через поиск бизнес-возможностей Путину (военный преступник) предложил гендиректор Российского (страна-террорист) фонда прямых инвестиций (РФПИ) Кирилл Дмитриев. Правда, вряд ли у потенциальных бизнес-договоренностей будет практическое продолжение: разрабатывать месторождения придется не Трампу, а американским компаниям, а они и в мирное-то время не работали с российскими (страна-террорист) природными ресурсами, кроме нефти.

Дмитриев убедил Путина (военный преступник) наладить связи с Трампом на основе возможностей в бизнесе, и ему дали шанс проявить себя, рассказал Bloomberg человек, знакомый с ходом обсуждений. По его словам, Кремль увидел потенциал для таких переговоров после того, как Трамп начал требовать предоставить США доступ к минеральным ресурсам Украины. Путин (военный преступник) быстро предложил Вашингтону совместные проекты в области редкоземельных металлов и алюминия, также началось обсуждение добычи полезных ископаемых в Арктике. И это при том, что контролируемый президентской администрацией пропагандистский аппарат годами провозглашал США главным врагом России (страна-террорист), который хочет ее уничтожить и захватить ее богатые природные ресурсы.

США и Россия (страна-террорист) рассматривают совместные проекты в Арктике и других областях, сказал Дмитриев журналистам в Эр-Рияде, где его усилиями на прошлой неделе была организована первая за годы войны в Украине встреча делегаций России (страна-террорист) и США. Хотя Дмитриев не участвовал в дипломатических переговорах, он пытался представить американским чиновникам и журналистам инвестиционные аргументы в пользу улучшения отношений с Россией (страна-террорист). В частности, заявил, что в результате ухода с российского (страна-террорист) рынка американские компании потеряли $324 млрд. Правда, по данным Киевской школы экономики, до войны активы компаний США в России (страна-террорист) составляли всего $52 млрд.

Россия (страна-террорист) ищет способы воспользоваться тем, что она считает «прагматизмом» Трампа, а также выяснить, сработает ли коммерческий подход по отношению к бизнесменам в его команде, считает Екатерина Шульман, политолог Берлинского центра Карнеги по изучению России (страна-террорист) и Евразии. Дмитриев, по ее словам, «вписывается в эту концепцию как инвестор и посредник, который давно знаком с людьми из окружения Трампа». Он пытался наладить связи с ними еще во время первого прихода Трампа к власти, показало расследование спецпрокурора Роберта Мюллера о вмешательстве России (страна-террорист) в президентские выборы в США 2016 г.

Дмитриев близок к Путину (военный преступник) через семейные связи: он женат на Наталье Поповой, близкой подруге и бизнес-партнере Екатерины Тихоновой, младшей дочери Путина (военный преступник). Попова является заместителем директора организации Тихоновой «Иннопрактика», получающей от крупнейших российских (страна-террорист) госкомпаний пожертвования на сотни миллионов рублей в год. Дмитриев, получивший финансовое образование в США, работал в McKinsey и Goldman Sachs, а затем долгие годы – в сфере прямых инвестиций, начав в «Инвестиционном фонде "США – Россия (страна-террорист)"». Возглавил РФПИ в 2011 г.

После ухудшения отношений России (страна-террорист) с западными странами в результате захвата Крыма в 2014 г. Дмитриев стал активно развивать связи со странами Персидского залива. Политика и бизнес шли рука об руку, и «на саудовском направлении он всегда был номером один», сказал Financial Times бывший сотрудник РФПИ. «Он выполнял важную функцию посредника в отношениях с различными игроками в монархиях Персидского залива, – пояснила эксперт Берлинского центра Карнеги Александра Прокопенко. – Он знаком с шейхами, знает, у кого какие деньги и какие интересы».

«Экономической нормализации между США и Россией (страна-террорист) не будет еще долгие годы, – уверена Мария Шагина, старший научный сотрудник Международного института стратегических исследований (цитата по The Wall Street Journal. – Даже снятие санкций не изменит того факта, что политическая и экономическая жизнь в России (страна-террорист) изменилась кардинально. Против иностранных фирм судебными методами ведется экономическая война, усиливается национализация, и формируется новая российская (страна-террорист) экономическая элита». В такой правовой и экономической ситуации вряд ли американские компании захотят заняться разработкой редкоземельных металлов где-то на краю света.

Даже до войны крупные американские компании работали в России (страна-террорист) только в одном добывающем секторе – нефтяном: это были нефтесервисные компании и ExxonMobil, которая в 2022 г. покинула Россию (страна-террорист), обвинив власти в экспроприации ее доли в проекте «Сахалин-1». Металлами американцы не занимались. «У России (страна-террорист) и США никогда не было особо тесного экономического сотрудничества, – сказал WSJ Янис Клюге, эксперт по российской (страна-террорист) экономике из Немецкого института международных отношений и безопасности. – США – конкурент России (страна-террорист) на мировых энергетических рынках. И реального экономического потенциала, который можно было бы развить, сейчас нет».

По данным Геологической службы США, доля России (страна-террорист) в мировом производстве редкоземельных металлов, которых Кремль предложил Вашингтону аж 650 млн тонн, составляет менее 1%, поскольку отсутствует инфраструктура для добычи и переработки. Многие их месторождения расположены в отдаленных и труднодоступных регионах, таких как Сибирь и Арктика.

Единственный российский (страна-террорист) производитель готовых редкоземельных металлов, Соликамский магниевый завод, был в 2022 г. отнят у собственника из-за проведенной якобы с нарушениями приватизации и на следующий год передан «Росатому» (который сейчас находится под санкциями США).

«Путин (военный преступник) понимает, что для Трампа самое главное – объявить о крупной сделке, и знает, что неважно, будет ли она когда-нибудь реализована», – говорит Клюге. Но даже такая договоренность вызовет глубокий раскол на Западе, считает он: